ФЭНДОМ


1



Монах поднимался по узкой горной тропе, едва различимой среди огромных серых валунов. Он шел почти целый день, ноги болели от напряжения, а одежда насквозь пропиталась потом.  Это был очень трудный и опасный подъём, с каждым шагом удаляющий его от обители, в которой он прожил большую часть жизни.

Самрау, а именно так звали монаха, присел на камень и оглянулся на монастырскую цитадель, находившуюся на другой стороне долины, раскинувшейся внизу и поросшей густым лесом. Ее укрепления возносились над деревьями, но могучие стены казались игрушечными на фоне горных вершин, изборожденных ущельями.

Он еще смог различить закрывающиеся створы ворот и далекие фигурки монахов, цепочкой исчезнувшие за каменной стеной. Обитель готовилась к прекращению своего дневного бдения. Самрау почувствовал свое одиночество и тяжкий груз возложенной на него миссии. Вот только была ли это миссия или изгнание, он так и не понял. И был ли правилен выбор Старейшими его кандидатуры?... Однако решение, которое Самрау не имел права оспаривать, было принято, и он отправился в путь.

Горный воздух был напоен горьким, но, тем не менее, приятным ароматом смолы и хвои. Сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, монах поднялся, поправил лямки рюкзака и перевязи меча, перекинутых за спиной, и продолжил свой путь, повернувшись спиной к цитадели.

Когда стало смеркаться, Самрау достиг тех мест, где деревья уже не росли. Четыре дня он потратил, карабкаясь по горам, пока, наконец, не достиг перевала. Сквозь мечущиеся облака, он смотрел на лес, простирающийся внизу. Уже много лет Самрау не отходил так далеко от своего монастыря, но его путь лежал еще дальше – дальше, чем этот лес и виднеющиеся вдалеке горы – на другую планету. Осознание этого факта ошеломляло.  Его мысли были беспорядочны, и ему было не по себе. Сидя, скрестив ноги, он пытался заняться медитацией, приобрести душевное равновесие. Но это было легко выполнить в стенах монастыря, в покое и мире с сами собой, а на выступе горы, продуваемом всеми ветрами, у него не получалось.  В смятении он начал спуск.

Спуск вниз был не менее тяжелым, чем подъем. Мелкие камни выскальзывали у него из-под ног, лишь только он наступал на них, норовя утащить его вниз, а плотный туман, поднимавшийся по утрам от леса, не давал видеть на расстоянии вытянутой руки, из-за чего приходилось часами ждать, когда прояснится. Последний отрезок пути оказался самым трудным – монаху пришлось без страховки, цепляясь за мелкие уступы и расщелины, спускаться по отвесной скале.     

Уставший и измученный Самрау спустился с гор и вступил в лес, который в корне отличался от того, что рос в долине у подножия монастыря,  где росли в основном хвойные деревья. Здесь же, исполины с пышными кронами, переплетавшимися высоко над головой, образовывали купол, почти не пропускающий солнечный свет. А некоторые из них достигали такого размера, что их верхушки скрывались в туманных клочьях, пролетающих облаков. Столетия назад ученые давно погибшей цивилизации Орокин занимались генно-модифицированными экспериментами над флорой Земли, пока не вывели эти растения-монстры - безудержно растущие и заполняющие все вокруг. Лес кишел живностью: отовсюду раздавались трели невидимых птиц, жужжание насекомых, и изредка рев и рык животных. 

Много раз Самрау приходилось бывать здесь. И все равно каждый раз, оказавшись в лесу, он поражался его первобытной мощи.

Всю свою жизнь монахи его монастыря посвящали себя изучению и исследованию одной из древнейших дисциплин именуемой Логосом. Основой их учения было изучение окружающего мира, как единого целого, где все сущее определяется причинно-следственными связями.

Монах остановился, замер, погружаясь в какофонию лесного мира, изучая все, что окружало его. Он смотрел, как насекомые кружат вокруг ярко-красного цветка, смотрел, как по лиане проползла змея и скрылась в кроне дерева, смотрел как по небу, проглядывающему сквозь ветви деревьев, движутся облака. И он увидел падающий лист, который под лёгким дуновением ветра, скользил вниз.  Это напомнило Самрау о занятиях в монастыре, когда давным-давно он пытался предугадать по траектории полета место, куда упадет лист, оторвавшийся с ветки. Долгое время он следил за падающим листом, пока тот не упал на землю. Впервые за то время как он покинул монастырь, он приобрел покой, его мысли прояснились, и наконец, он четко понял свою цель.

Самрау сверился с голограммой карты, замерцавшей маленьким экраном, над его левой ладонью и углубился в лес.

Материалы сообщества доступны в соответствии с условиями лицензии CC-BY-SA , если не указано иное.